Власти стремятся упростить для бизнеса участие в аукционах и конкурсах на получение государственных и муниципальных заказов. В этом они видят один из действенных способов борьбы с коррупцией и оптимизацией бюджетных расходов. Однако эксперты сомневаются, что сложившиеся процедуры госзакупок вообще поддаются реформированию. В этом не заинтересованы как чиновники, получающие до 1 трлн. руб. в год за счет пресловутой административной ренты, так и мошенники, разворовывающие с помощью подставных фирм казенные деньги.

Вчера стало известно, что президент Дмитрий Медведев подписал поправки в закон о размещении заказов на поставки товаров и услуг для государственных и муниципальных нужд. Поправки предусматривают снижение до 2% предельного размера обеспечения заявки на участие в торгах для субъектов малого предпринимательства. Ранее размер обеспечения заявки не мог превышать 5% от начальной цены контракта, что часто являлось серьезным ограничением для участия малого бизнеса в торгах. Между тем именно на вовлечение малого бизнеса в систему госзакупок и муниципального заказа власти возлагают надежды по части борьбы с коррупцией и недобросовестными поставщиками товаров и услуг. По «самой консервативной оценке» начальника Контрольного управления президента Константина Чуйченко, воровство при госзакупках может превышать 1 трлн. руб. в год. Масштабы разворовывания бюджетных средств в России составляют около в 2,9% ВВП. По данным Всемирного банка, этот показатель составлял «всего» 1,4% ВВП в 2002 году и 1,1% ВВП 2005 года. Таким образом, за последнюю пятилетку коррупция в России усилилась более чем в два раза. «Десять миллионов контрактов заключается, и значительная часть из них содержит откаты, спиливаются деньги», – высказался по этому поводу Медведев.

«Распилка» бюджетных средств работает без сбоев. Так, гендиректор предприятия, специализирующегося на ремонте автотракторной техники городского хозяйства, как-то признался, что получение практически каждого заказа сопряжено с выплатой откатов муниципальным чиновникам. Такса твердая – одна десятая от стоимости заказа. Не платить нельзя. В противном случае впору будет закрыть предприятие.

«Коррупция не оставила живого места на государственном механизме. Борьба с ней неэффективна потому, что в стране нет реальной конкуренции ни в экономической, ни в политической сферах», – считает руководитель Центра инвестиционного мониторинга и прогнозирования Института народно-хозяйственного прогнозирования РАН Яков Дубенецкий. По его словам, президент и премьер «честно пытаются исправить ситуацию», но коррупционные метастазы настолько глубоки, что складывается впечатление, что, кроме них, в переменах никто не заинтересован.

Есть здесь и оборотная сторона медали. Правила конкурсов и тендеров составлены так, что побеждает в них не тот, кто действительно способен качественно и в срок выполнить работу, а тот, кто согласится сделать это за меньшие деньги. Демпинговать недобросовестному предпринимателю позволительно. Ведь в действительности ремонтировать дом или, к примеру, теплосеть он не собирается. После перечисления средств на счета фирмы она просто исчезает или начинает искать реальных исполнителей. «Неправильно закреплять единственный критерий – цену – для определения победителя конкурсов при госзакупках. Обязательно надлежит ввести и иные показатели: срок существования той или иной организации, ее репутацию, участие в судебных спорах в качестве ответчика при ненадлежащем исполнении договорных обязательств. Лишь один из этих критериев, а именно срок существования фирмы, сможет серьезно воспрепятствовать недобросовестным деятелям, например, в создании фирм под конкретный госзаказ с последующим фактическим назначением победителя конкурса», – говорит руководитель юридического департамента компании Penny Lane Realty Сергей

С коллегой согласна замгендиректора компании «Интерком-Аудит» Ирина Мельникова. По ее словам, то, что в настоящее время определяющим критерием для победы в конкурсе является именно цена, может порождать разного рода злоупотребления. «Идея законодателя, вводившего подобную норму, была проста – сделать конкурсы максимально открытыми для всех участников, прекратить проведение конкурсов среди «своих». Однако результат оказался далек от задуманного, так как выдвинуть иные критерии, кроме цены, невозможно и госпредприятия часто вынуждены иметь дело с компаниями, зарегистрированными только для участия в конкурсе. А поскольку расторгнуть контракт крайне тяжело, а заключить новый при нерасторгнутом старом невозможно, ситуация для заказчиков зачастую очень непростая», – подчеркивает Мельникова. «Чтобы идея конкурсных торгов на электронных площадках не дискредитировала себя, необходимо прекратить монополизацию сектора. Политика количественного ограничения операторов площадок очень быстро приведет к результатам, обратным желаемым», – отмечает управляющий партнер компании «Арт де Лекс» Дмитрий Магоня.